Почему многие врачи носят татуировки с посланием не реанимировать не откачивать



В тему о докторах, убивающих долго, дорого и мучительно, по всем правилам медицинской науки. Ветхая, но верная статья The Wall Street Journal.

Врач медицины из Южной Калифорнии поведал, из-за чего многие доктора носят кулоны с надписью Не откачивать, дабы им не делали непрямой массаж сердца в случае клинической смерти. И - из-за чего они предпочитают умирать от рака дома.

Много лет назад, Чарли, глубокоуважаемый доктор-ортопед и мой наставник, нашёл у себя в животе какой-то комок. Ему сделали диагностическую операцию. Диагноз - рак поджелудочной железы. Операцию делал один из лучших хирургов страны. Он кроме того создал операцию, которая утраивала возможность прожить пять лет по окончании постановки диагноза как раз этого вида рака с 5 до 15 %, не смотря на то, что уровень качества жизни наряду с этим было бы низким. Чарли был совсем не заинтересован в операции. Он выписался из поликлиники на следующий сутки, закрыл свою врачебную практику и больше ни разу не ступил ногой в поликлинику. Вместо этого он посвятил все свое оставшееся время семье. Его самочувствие было хорошим, как это вероятно при диагнозе рак. Спустя пара месяцев он погиб дома. Чарли не лечился химиотерапией, не облучался радиацией и не делал операций. Государственная страховка для пенсионеров Медикер практически что ничего не израсходовала на его содержание и лечение.

Эту тему редко обсуждают, но доктора также умирают. И они умирают не так, как другие люди. Поразительно не то, как много доктора лечатся перед смертью по сравнению с другими американцами, а то, как редко они обращаются к докторам, в то время, когда дело близится к концу. Доктора борются со смертью, в то время, когда дело идет об их больных, наряду с этим у них самих весьма спокойное отношение к собственной смерти. Они точно знают что случится. Они знают какие конкретно варианты у них имеется. Они смогут себе позволить любой вид лечения. Но они уходят негромко.

Естественно, доктора не желают умирать. Они желают жить. Одновременно с этим, они знают достаточно о современной медицине, дабы понимать границы возможностей науки. Они так же знают достаточно о смерти, дабы понимать чего больше всего опасаются все люди - смерть в мучениях и смерть в одиночестве. Они говорят об этом со своими семьями. Доктора желают быть уверены, что в то время, когда придет их час, никто не будет героически выручать их от смерти, разламывая ребра в попытки оживить их непрямым массажем серца (а это как раз то, что происходит, в то время, когда это делают верно).

Фактически все медработники хотя бы раз были свидетелями тщетного лечения, в то время, когда не было никакой возможности, что смертельно больному больному станет лучше от лечения самыми последними достижениями медицины. Больному вспорют пузо, навтыкают в него трубок, подключат к аппаратам и отравят лекарствами. Как раз то происходит в реанимации и стоит десятки тысяч долларов в день. За эти деньги люди берут страдания, каковые мы не причиним кроме того террористам. Я сбился со счета какое количество раз мои коллеги говорили мне приблизительно следующее: Дай обещание мне, что если ты заметишь меня в таком состоянии, ты меня убьешь. Они говорят это на полном серьезе. Кое-какие медики носят кулоны с надписью Не откачивать, дабы доктора не делали им непрямой массаж сердца. Я кроме того видел одного человека, который сделал себе такую татуировку.

Лечить людей, причиняя им страдания, мучительно. Докторов обучают собирать данные не показывая свои эмоции, но между собой они говорят то, что переживают. Как люди смогут так мучить своих родных?, - вопрос, который преследует многих докторов. Я подозреваю, что вынужденное причинение страданий больным по желанию семей - одна из обстоятельств выского процента пьянства и депрессии среди медработников по сравнению с другими профессиями. Для меня лично это была одна из обстоятельств, по которой последние десять лет я не практикую в стационаре.

Что произошло? Из-за чего доктора прописывают лечение, которое они бы ни при каких обстоятельствах не прописали сами себе? Ответ, простой либо не весьма - больные, доктора и система медицины в целом.

Дабы лучше представить какую роль играются сами больные, представьте себе следующую обстановку. Человек утратил сознание, и его привезли по скорой в поликлинику. Никто не предвидел для того чтобы сценария, исходя из этого заблаговременно не было оговорено что делать при таких условиях. Это весьма распостраненная обстановку. Родственники напуганы, потрясены и путаются в бесчисленном числе разнообразных вариантов лечения. Голова идет кругом. В то время, когда доктора задают вопросы Желаете ли вы, дабы мы сделали все?, - родные говорят да. И начинается преисподняя. Время от времени семья в действительности желает сделать все. но значительно чаще они просто хотят, дабы было сделано все в разумных пределах. Неприятность содержится в том, что обыватели довольно часто не знают что разумно, а что нет. Запутавшиеся и скорбящие они смогут и не задать вопрос либо не услышать, что говорит доктор. А доктора, которым было велено сделать все, будут делать все, разумно это либо нет.

Почему многие врачи носят татуировки с посланием не реанимировать не откачивать

Такие ситуации случаются спошь и рядом. Обстановка еще больше усугубляется тем, что у людей имеется нереалистичные ожидания о том, что смогут сделать доктора. Многие считаюм, что неестественный массаж сердца - надежный метод реанимации, не смотря на то, что большая часть людей все равно умирают либо же выживают глубокими калеками. Я принял много больных, которых привозили ко мне в поликлинику по окончании реанимации неестественным массажем сердца. Только один из них, здоровый мужчина со здоровым сердцем, вышел из поликлиники своими ногами. В случае если больной без шуток болен, стар, у него смертельная заболевание, возможности хорошего финала реанимации практически что не существует, наряду с этим возможность страданий практически что 100%. Дефицит знаний и нереалистичные ожидания приводят к нехорошим решениям о лечении.



Конечно же, не только больные виноваты в ситуации . Доктора делают ненужное лечение вероятным. Неприятность содержится в том, что кроме того доктора, каковые ненавидят тщетное лечение, вынуждены удовлетворять жажды больных и их родстввенников. Представьте опять травмапункт в больнце. Родственники рыдают и бьются в истерике. Они в первый раз видят доктора. Для них он полный незнакомец. В таких условиях очень сложно наладить доверительные отношения между родными пациента и врачом. Люди склонны заподозрить доктора в нежелании возиться со сложным случаем, экономии либо своего времени, особенно, в случае если доктор не рекомендует продолжать реанимацию.

Не все доктора могут говорить с больными на доступном и понятном языке. У кого-то это получаетя лучше, у кого-то хуже. Кое-какие доктора более категоричны. Но все доктора сталкиваются с похожими проблемами. В то время, когда мне необходимо было растолковывать родственникам больного о разных вариантах лечения перед смертью, я как возможно раньше говорил им лишь о тех возможностях, каковые были разумны в данных событиях. В случае если родные предлагали нереалистичные варианты, я несложным языком доносил до них все отрицательные последствия для того чтобы лечения. В случае если семья все же настаивала на лечении, которое я считал тщетным и вредным, я предлагал перевести их в ведение другого доктора либо поликлиники.

Необходимо ли мне было быть более настойчивым, убеждая родстенников не лечить смертельного больных больных? Кое-какие из случаев, в то время, когда я отказался лечить больного и передал их другим докторам, до сих пор преследуют меня. Одна из моих любимых пациенток была юристом из известного политического клана. У нее была серьёзная форма диабета и страшное кровообращение. У нее на ноге появилась больной рана. Я пробовал сделать все, дабы избежать госпитализации и операции, понимая как страшны поликлиники и хирургическое вмешательство для таковой пациентки. Она все же отправилась к другому доктору, которого я не знал. Тот доктор практически что не знал историю болезни данной дамы, исходя из этого он решил прооперировать ее - шунтировать тробмозные сосуды на обеих ногах. Операция не помогла вернуть кровоток, а послеоперационные раны не заживали. На ступнях отправилась гангрена, и даме ампутировали ноги. Две неделе спустя она погибла в известной поликлинике, где ее полечили.

Почему многие врачи носят татуировки с посланием не реанимировать не откачивать

Было бы через чур лишко указать пальцем на больных и докторов, в то время, когда довольно часто и доктора, и больные становятся жертвами системы, которая поощраяет чрезмерное лечение. В некоторых печальных случаях доктора плату за каждую процедуру, которую они делают, исходя из этого они делают все, что возможно, несмотря на то окажет помощь это больному либо навредит, просто с целью получить побольше. Намного чаще все же, доктора опасаются, что семья больного будет их делать выводы, исходя из этого они делают все, что требует семья, не высказывая своего мнения родным больного, дабы не было никаких неприятностей.

Кроме того в случае если человек заблаговременно готовился и подписал необходимые бумаги, где высказал свои предпочтения о лечении перед смертью, система все равно может сожрать больного. Одного из моих больных кликали Джек. Джеку было 78 лет, он болел в течение многих лет и пережил 15 важных операций. По окончании всех перепетий Джек совсем с уверенностью предотвратил меня, что ни при каких обстоятельствах никогда он не желает оказаться на аппаратах неестественного дыхания. И вот, в один раз в субботу, у Джека произошёл инсульт. Его доставили в поликлинику в бессознательном состоянии. Жены Джека не было с ним. Доктора сделали все возможное, дабы его откачать, и перевели в реанимацию, где подключили к аппарату неестественного дыхания. Джек опасался этого больше всего в жизни! В то время, когда я добрался до поликлиники, я обсудил пожелания Джека с персоналом и его женой. На основании моих документов, составленных с участием Джека, я смог отключить его от аппаратуры, поддерживающей жизнь. Позже я и сидел с ним. Через два часа он погиб.

Почему многие врачи носят татуировки с посланием не реанимировать не откачивать

Не обращая внимания на то, что Джек составил все необходимые документы, он все равно погиб не так, как желал. Система вмешалась. Более того, как я определил позднее, одна из медсестер накляузничала на меня за то, что я отключил Джека от аппаратов, соответственно совершил убийство. Т.к. Джек заблаговременно прописал все свои пожелания, мне ничего не было. Но все же угроза полицейского расследования вгоняет в страх в любого доктора. Мне было бы легче покинуть Джека в поликлинике на аппаратуре, что было очевидно против его жажды, продлевая его жизнь и страдания еще на пара недель. Я бы кроме того получил побольше деньжат, а страховая компания Медикер взяла бы счет на дополнительные $500,000. Неудивительно, что доктора склонны перелечивать.

Но себя доктора все же не перелечивают. Они каждый день видят последствия чрезмерного лечения. Практически что любой человек может отыскать метод мирно погибнуть дома. У нас имеется множество возможностей уменьшить боль. Хосписный уход оказывает помощь смертельно больным любям провести последние дни жизни комфортно и достойно, вместо того, дабы мучиться от напрасного лечения. Поразительно, что люди, за которыми заботится хоспис, живут продолжительнее, чем люди с этими же заболеваниями, которых лечат в поликлинике. Я был приятяно поражен, в то время, когда услышал по радио, что видный журналист Том Викер погиб мирно дом в окружении семьи. Такие случаи, слава всевышнему, видятся все чаще.

Нескольько лет назад у моего старшего двоюродного брата Торча (torch - фонарь, горелка; Торч появился дома при свете горелки) произошла судорога. Как выяснилось впоследствие, у него был рак легких с метастазами в мозг. Я договорился с различными докторами, и мы выяснили, что при агрессивном лечении его состояния, что свидетельствует три-пять визитов в поликлинику для химиотерапии, он проживет около четырех месяцев. Торч решил не лечиться, переехал жить ко мне и лишь принимал пилюли от набухания мозга.

Следующие восемь месяцев мы жили в свое наслаждение, прямо как в юные годы. В первый раз в жизни съездили в Диснейленд. Сидели дома, наблюдали спортивные передачи и ели то, что я готовил. Торч кроме того поправился на домашних харчах, а не больничной еде. Его не мучали боли, а размещение духа было боевым. в один раз он не проснулся. Три дня он дремал как в коме, а позже погиб. Цена медицинского ухода в течение восьми месяцев - около 20 долларов. Цена пилюль, каковые он принимал.

Торч не был доктором, но он знал, что желал жить, а не существовать. Не все ли мы желаем этого же? В случае если и существует супер-пупер уход за умирающими, то это достойная смерть. Что касается меня лично, то мой доктор оповещен о моих пожеланиях. Никакого героизма. Я негромко уйду в ночь. Как мой наставник Чарли. Как мой двоюродный брат Торч. Как мои коллеги доктора.

Поддержать сайт - ваша помощь серьёзна

Почему многие врачи носят татуировки с посланием не реанимировать не откачивать

Статьи по теме